МСПС в гостях у...


Наследники Победы

 

            Накануне 72-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне в московском Доме культуры «Гайдаровец» прошёл литературно-музыкальный вечер «Этот день мы приближали, как могли», организованный и проведённый поэтом и общественным деятелем, полковником запаса Валерием Латыниным.

 

            В вечере приняли участие: бывший партизанский разведчик с 11 лет А.А. Ульянов; ученики московской средней общеобразовательной школы № 1231 в сопровождении классного руководителя И.С. Котляренко; члены международного клуба женщин лётных специальностей «Авиатрисса»; поэты и прозаики литературного клуба «Побеждающее слово»; члены общественного объединения «Дети войны», певицы Надежда Колесникова и Татьяна Ларина.

 

            Когда ведущий представлял участника Великой Отечественной войны А.А. Ульянова, школьники, присутствовавшие в зале, очень удивились, ведь Саше Ульянову было всего 11 лет, когда он стал разведчиком диверсионной группы партизанского отряда в Белоруссии. Отважный мальчишка не только ходил в разведку во вражеские гарнизоны, но и проводил, прибывшие с «большой земли» диверсионные группы к месту их дислокации, принимал участие в подрыве железнодорожных составов с боевой техникой и живой силой противника, штурмовал полицейские участки и немецкие комендатуры. В одном из боёв с карателями Саша Ульянов лично уничтожил пулемётный расчёт противника и помог своему отряду прорваться из окружения. В 13 лет был представлен к награждению орденом Красной Звезды. Трижды ранен. Врачи в московской хирургической клинике провели несколько операций, чтобы спасти юного партизана. Рассказ А.А. Ульянова о боевой поре дети и взрослые слушали, не шелохнувшись, словно заворожённые.

 

            В.А. Латынин продемонстрировал участникам вечера две книги, недавно вышедшие в московских издательствах, - «Мы воевали не за ордена» и «Маленькие герои большой войны», где опубликованы воспоминания Александра Александровича Ульянова и очерк о нём.

 

            Затем ученики школы № 1231 декламировали для гостей вечера стихи поэтов-фронтовиков и исполнили любимую в нашей стране многими поколениями песню из кинофильма «Белорусский вокзал». Ребята и девчонки не только старательно подготовили свой концертный номер, но и пришли на вечер в солдатских пилотках, с георгиевскими лентами на груди и с портретами своих прадедушек и прабабушек, участвовавших в Великой Отечественной войне, подчёркивая тем самым, что являются наследниками Великой Победы. В дар школьной библиотеке ведущий передал книги «Маленькие герои большой войны» и «Великая Победа».

 

            На вечере прозвучали стихи о войне И.Т. Рыбакова и Н.Н. Охрименко, песни фронтовых лет в исполнении певиц Надежды Колесниковой и Татьяны Лариной. Цветы артистам и дружные аплодисменты были выражением душевного подъёма всех участников вечера, объединённых общей памятью о страшной войне и общей благодарностью фронтовикам за Победу.

 

            Алексей ШАДРИН,

заслуженный работник культуры России.

            Фото автора.

 

***

Интернет убивает чтение

 Каким будет мир без книг – представить трудно

 

О литературе как о служении и о патриотизме как о вещей тревоге за своё отечество размышляет в канун 70-летия Юрий Кублановский.

 

«ЛГ»-ДОСЬЕ 

Юрий Михайлович Кублановский – поэт, эссеист, публицист, критик и искусствовед. В печати дебютировал в 1970 году в сборнике «День поэзии». Автор более двадцати лирических книг, вышедших в США, Франции, России. Член Патриаршего совета по культуре. Лауреат премии Правительства Российской Федерации в области культуры за 2012 год. 

 

 

– Юрий Михайлович, ваша литературная судьба была очень не­обычной, извилистой: от самиздата до поэтических сборников, выходивших в США, Франции, а в последнюю четверть века в России... Как вы сами оцениваете своё место в литературе?

– Своё место в литературе оценить, разумеется, трудно, тут что ни скажешь, всё будет казаться нескромным. Я часто вспоминаю великое стихотворение Евгения Баратынского «Последний поэт» и его же замечательные слова: «Дарование есть поручение, которое следует выполнить как можно лучше». Поручение, конечно, не от государства, не от публики, не от стремления к знаменитости. Это, конечно же, поручение свыше. И я по мере сил стремился именно так понимаемое поручение выполнять с максимальным бескорыстием и добросовестностью. Да и вообще в литературе нет, я думаю, «мест»: это не спорт, а служение.

– «Смелость. Мысль. Образ. Глубина» – так расшифровывалось название неформального литературного объединения «СМОГ», в которое вы входили в студенческие годы. Эти четыре понятия по-прежнему остаются вашим творческим кредо? Или с годами приоритеты изменились?

– «СМОГ» существовал, когда нам, его участникам, всем было по 17–18 лет, мы были ещё щенки. Для меня «СМОГ» был в первую очередь школой нонконформизма. Мы тогда уже сделали свой выбор и отказались от тех компромиссов с государством, на которые пошли, например, шестидесятники. А «Смелость. Мысль. Образ. Глубина» – конечно, с этим не поспоришь, как же без этого? Но сюда надо добавить ещё и чувство, любовь, веру и надежду. В моей поэзии постепенно выкристаллизовывались две основные темы: судьба России и поиск возможностей для её возрождения. А во-вторых, судьба нашей христианской цивилизации в целом. Конечно, всё это существует подспудно, незаметно бежит по стихотворным жилам и не бьёт читателя по лбу.

– В своих интервью вы неоднократно повторяли, что поэзия – это большая ответственность и что этот дар даётся человеку неслучайно. А в чём, на ваш взгляд, главное значение поэтического дара?

– Значение это неоднозначно. Конечно, создание стихов, когда оно не насильственно, а вдохновенно, – большое счастье. Но не будем забывать слова Гоголя о том, что со словом нужно обращаться честно, ответственно, что это главный подарок Бога человеку. Настоящая поэзия, согласно моему пониманию, служит укреплению и закалке души, характера, интеллекта. И ни в коем случае не стоит тут искусственно себя заводить: вдохновение не мотор, а чудо. Когда мне, например, не пишется, я стараюсь не терять времени даром и не понуждать понапрасну себя к творчеству, а много читать, смотреть, чтобы, когда придёт, наконец, вдохновение, встретить его во всеоружии новых мыслей, новых чувств, углублённого миропонимания.

А вот что значит поэзия для общества в целом, сформулировать трудно, потому что поэзия идёт от сердца к сердцу. Конечно, было время (вспомним шестидесятников), когда стихотворцы за счёт своей темпераментной декламации, за счёт тех сквознячков свободы, которые гуляли по их творчеству, собирали огромные аудитории, стадионы… Я и сам этому отдал дань: когда мне было 15–16 лет, ездил в Москву из Рыбинска, на скопленные гроши покупал билет в Лужники и слушал Евтушенко и Вознесенского.

 

Но это был короткий период, связанный с конкретным историческим временем и с тем, что приоткрылась форточка из сталинизма в нечто новое, получившее название оттепель… А в принципе поэзия существует, по-моему, не для того, чтобы возбуждать и пробуждать массы.

Я мысленно ориентируюсь на индивидуального читателя и верю, что если он не поленится погрузиться в мою поэзию, то ему воздастся: он, быть может, станет хоть чуть-чуть счастливее, сердце его немного согреется, воля немного укрепится… В конечном итоге человек станет лучше, умнее. Для этого, я убеждён, и существует поэзия.

– Какое место занимает писатель в современном обществе? Каков его статус?

– Этот статус падает. Не только и не столько потому, что писатели стали хуже, но потому, что вымываются из цивилизации и культуры чтение и книга. Мы все думали, что коммунистическая цензура вредит литературе, а нашёлся зверь пострашнее… Я имею в виду интернет-паракультуру, которая рассеивает сознание и отучает людей от чтения: они уже не способны сосредоточиться на тексте, тем более, если речь идёт о большом объёме или, как в случае поэзии, о большой концентрации лирического смысла. Надо смотреть правде в глаза: мы стоим на пороге принципиально новой цивилизации, когда книга и литература станут уделом немногих. Каким будет мир, когда это состоится полностью, трудно сказать. Лично я ничего хорошего для культуры не жду.

– Вы коснулись того, что ваша основная тема – Россия и её судьба… Как думаете, обязательно ли в наследии автора должна быть гражданская лирика? Или «чистое искусство» всё же имеет право на существование?

– Если посмотреть внимательнее, то «чистое искусство» – миф и только, и его никогда не было. Поэт – это человек, его не может не волновать окружающее, а это обязательно отразится на творчестве. Вот, например, считают чистым лириком Афанасия Фета. Но это, конечно, совсем не так. У него превосходная публицистика, замечательные очерки о пореформенной России. И то, что в его стихах нет прямой гражданской темы, отнюдь не значит, что он не был ею задет. Другое дело, что разные поэты в разной степени развивают гражданскую тему в своём творчестве. Это зависит от темперамента, от характера поэтического дара, от состава личности литератора.

– Кстати, в тему гражданской лирики: последнее время в обществе идут многочисленные споры о том, что такое патриотизм. Что лично вы вкладываете в это понятие?

– Это трезвая, без розовых очков любовь к своему Отечеству и вещая за него тревога.

– Патриотическая поэзия – какой она должна быть?

– Я не думаю, что поэзию надо классифицировать и делить на патриотическую, религиозную или любовную. Нет таких разделений. Поэзия должна быть органичной, и органично в неё входят самые разные элементы. Когда говорят «православный поэт», я только пожимаю плечами. Религиозное начало должно присутствовать в творчестве незримо, исподволь, поэзия – вещь очень деликатная, очень аристократичная. То же касается и патриотической темы. Тот, кто в каждом стихотворении пишет про берёзки и про любовь к родине, как правило, пишет в целом глубоко провинциальную лирику, которая не переживёт наше время. Настоящие шедевры тут создаются нечасто: например, отдельные стихи Есенина, Рубцова. Они прекрасны, и прекрасны не столько потому, что они патриотичны, но потому, что они высоко талантливы.

– Где тут погост? Вы не видели? 

Сам я найти не могу. 

Тихо ответили жители: 

– Это на том берегу.

Строфа Николая Рубцова – на века. Казалось бы, ну что тут патриотичного? А ведь здесь вся наша родина.

 

Беседу вела Валерия Галкина

(«Литературная газета» №16 от 26.04.2017 г.)

***

Эй, вы, там, наверху!..

 

15 апреля в анти-кафе «Территория общения» состоялся музыкально-поэтический вечер Московского молодежного проекта «Дыши поэзией», задачей которого является формирование интереса к авторскому творчеству, организация творческой среды общения и помощь в творческой самореализации участников. 

Гости вечера исполняли как собственные произведения, так и произведения своих любимых авторов. Стоит отметить, что для некоторых участников – это первое подобное мероприятие, тем приятнее, что вечер получил очень теплые оценки от выступающих и слушателей. 

Делясь своими впечатлениями одна из участниц сказала, что она испытала ощущение, будто бы время остановилось, и мы очутились в каком-то другом измерении, наполненным светом, теплотой и добром. Можно ли добавить еще что-то к этим словам? Думаю, что мы найдем все ответы в счастливых глазах молодой девушки, которая, возвращаясь домой, напишет в метро очень добрые стихи о своих ощущениях от проведённого вечера. Заглянув перед сном в Интернет, я увидел, что ребята активно ведут беседу между собой, интересуясь творчеством новых друзей и рассказывая о себе. Один единственный вечер, но сколько открытий! 

Несмотря на все положительные эмоции в голове закралась одна простая мысль… У нас принято часто ругать современную молодежь за ее одежду, стиль поведения и прочие вещи… Но ответьте мне, люди старшего поколения, а вы сами часто ходите на мероприятия, где молодежь с искрой глазах читает свои авторские произведения, стихи Есенина, Ахматовой, Блока! Да, боже мой, она еще их и поет!? А вы, господа-литераторы, которые не видите дальше своего носа, создавшие вокруг себя зону комфорта, собственную «тусовку» - привычный круг из таких же, как вы… Много ли среди Вас людей моложе хотя бы тридцати лет? Часто ли вы протягиваете свою руку, чтобы помочь молодым авторам? Восторгались ли бы мы сейчас стихами того же Сергея Есенина без Блока и Клюева? Может быть… Лично я бы не хотел проверять, имея хоть один шанс потерять возможность познакомиться с творчеством любимого поэта… 

Сколько нужно людей, чтобы зажечь ребят и провести такой вечер? Мне оказалось достаточно собственного «мы». Спрошу у вас словами классика: «А вы могли бы?»

 

         Бутрин Александр

 

***

ЮБИЛЕЙНЫЙ ВЕЧЕР

 

В хорошо знакомом москвичам Доме журналистов состоялся литературный вечер, посвящённый 60-летию литературно-художественного журнала «Москва» и 50-летию со дня первой в нём публикации романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». До отказа набитый посетителями зал сначала посмотрел небольшой видеофильм об истории журнала, а после этого ведущий вечера – главный редактор «Москвы» Владислав Владимирович Артёмов – предоставил слово для разговора собравшимся в Домжуре любителям отечественной литературы. Среди пришедших на юбилей журнала были председатель партии «Справедливая Россия» Сергей Михайлович Миронов, первый заместитель председателя Правления Российского Фонда Мира Анатолий Самуилович Салуцкий, ректор Литературного института им. Горького Алексей Николаевич Варламов, проректор Литинститута Сергей Николаевич Дмитренко, профессор, завкафедрой русской литературы первой трети ХХ века Владимир Павлович Смирнов, сотрудник журнала «Наш современник» Александр Юрьевич Сегень, поэт Юрий Александрович Лопусов и целый ряд других писателей, жизнь которых была связана с журналом «Москва».

В качестве музыкальных номеров прозвучали выступления лауреата международных конкурсов пианиста и композитора Никиты Ковалёва, женского хорового коллектива «El Alma Canta» и лауреата международных конкурсов Полины Тарасенко.

Сергей Михайлович Миронов преподнёс редактору журнала «Москва» Владиславу Владимировичу Артёмову памятные часы с изображением на них скульптуры святого Георгия Победоносца, руководитель Военно-художественной студии писателей КЦ ВС РФ Владимир Александрович Силкин вручил ему почётный армейский знак, а секретарь Правления СП России Николай Владимирович Переяслов от имени Союза писателей России и журнала «Бийский Вестник» наградил Владислава Владимировича медалью Василия Макаровича Шукшина. «Имя этого писателя неоднократно звучало сегодня на этой сцене, – сказал Переяслов, – так пусть же дух нашего любимого Шукшина всегда витает над журналом «Москва» и одухотворяет его путь в грядущее».

 

Соб. инф.

 

 

 

 

 

***

Кино России как её беда

 

В минувший понедельник на медиафоруме Общероссийского народного фронта С.С. Говорухин спросил руководителя страны, кому на Руси жить хорошо. "Режиссерам и другим представителям творческих профессий", - ответил руководитель.

Есть мнение, что этот ответ, названный СМИ "шуткой", был шуткой грустной. Потому что киносословие России - есть по большей части вовсе не её гордость и богатство. А, напротив, её тяжёлое наследие и непонятно как решаемая проблема.

И вот почему.

Накануне символического диалога, напомним, состоялся небольшой, но актуальный скандальчик на вручении кинопремий "Ника". Режиссёр А. Сокуров призвал освободить террориста Сенцова. А также высказался в поддержку юношества, не внимавшего полиции в ходе несанкционированной ютуб-акции против Димона, его уток и вообще коррупции. "Государство совершает большую ошибку, ведя себя столь фамильярно с молодыми людьми, со школьниками и со студентами. Нельзя начинать гражданскую войну среди школьников и студентов. Надо услышать их. Никто из наших политиков не желает их услышать, никто с ними не разговаривает... Они боятся это делать. Почему? Это невозможно, больше терпеть это невозможно". - сказал режиссёр Сокуров.

В свою очередь актёр Ярмольник прочёл стих литератора Быкова о том, что, когда перестройка грянет в следующий раз - гадина прежнего режима будет додавлена, а все ретрограды будут повешены на фонарях (последнее обещание было скрыто за кокетливым полуцитированием "мы добрых граждан позабавим").

В свою очередь документалист Манский, получая приз за лучший неигровой фильм, сообщил, что "страну мы просрали, и поэтому мы хуже Северной Кореи".

Так вот. Скандальчик, уважаемые читатели, состоял не в том, что творческие граждане, всю сознательную жизнь сосущие государственное вымя в три горла, выступили со смелой бранью и отважными угрозами в адрес государства. Скандал начался после того, как официальные СМИ во время видеоотчётов о мероприятии этот фрондёж вырезали.

Государственные медиа, рискнём предположить, сделали это не потому, что им В.В. Путин велел - а из соображений "цеховой стабильности". Потому что просочись эта фронда в эфир центральных каналов - пострадали бы не только телевизионные стрелочники. Самой власти бы пришлось реагировать чуть прямее и жёстче, чем она хочет, и в адрес отважного творческого сословия. А так получилось идеально - творческое сословие в очередной раз фрондануло, а власть сделала в очередной раз вид, что не услышала.

Понятно, что оживление творческой тусовки вызвано было струёй юности, выплеснутой на улицы ряда городов страны в конце марта.

И вот в чём главная беда, уважаемые читатели.

После яркого выступления творцов большая часть русских соцсетей злобно, но как-то безнадёжно поиронизировала на тему "о, киношники против коррупции. Это даже не пчёлы против мёда, это уже еретики за инквизицию".

Ирония, подчеркну ещё раз, была безнадёжной. По ряду простых причин.

Во-первых: потому что все, кто вообще слегка интересуется темой, - в курсе, что бунтующий вельможный российский кинематограф без государства не то что несостоятелен - а просто беспомощен, то есть не может вообще ничего.

И при этом все знают, что казённые средства усваиваются творческой тусовкой по известно какой схеме.

Те, кто интересуется темой чуть глубже - могут выяснить, откуда деньги на высокобюджетный артхаус у А. Сокурова. Или сколько в действительности собрал в прокате фильм "Ночные стражи" (230 млн. руб, поддержка Фонда Кино), на который просил денег Л. Ярмольник, в качестве основного аргумента предлагавший комиссии "показать альбатроса" и обещавший сборы в районе 400 млн руб. Или какой дикий скандал закатил режиссёр Манский, когда впервые за годы в 2016-м государство отказалось выдать ему миллион рублей на проведение мероприятия "Артдокфест", куда Манский привёз фильм о прекрасном событии в истории человечества Майдане.

И при этом все, кто интересуются темой глубоко или не очень глубоко, знают ещё одно.

Эта тусовка даже более неприкосновенна и неуязвима, чем прочий "медиа-класс". И ей ничего не бывает никогда и ни за что. Ни за коммерческие провалы. Ни за дичайшие распилы, жалкие результаты которых поставляют здоровый смех зрителям Евгения BadComedian Баженова. Ни за призывы освободить, например, тоже что-то снимавшего майданщика, осуждённого всего-то за подготвку терактов (глупость какая, какие теракты могут быть в России). Ни за изящные обещания развешать нынешних своих спонсоров по фонарям. Ни за оскорбительную брань в адрес народа и порождённого этим народом государства.

А не бывает им ничего ни за что потому, что государство просто не может решить их как проблему.

То есть не то что привлекать их "на общих основаниях" к ответственности за сделанное и сказанное. Оно не может даже взять и оторвать всю эту заслуженную бюджетную мафию с её въевшейся в поры фрондой от вымени. В смысле - не может практически.

Потому что каждый из представителей этой фрондирующей мафии может поднять вопль до геостационарной орбиты, а число их гигантское, и отлучение их от вымени будет сопровождаться такой взрывной волной проклятий, и показательных эмиграций, и демонстративных самоприковываний, и бросков на омон, и криков "снимайте меня, я такая-то", и международного улюлюканья, что (с точки зрения государства, весьма ценящего любую, хотя бы и относительную стабильность) - всё это перевесит любые бонусы.

Вельможная творческая кинотусовка (очень умеренно, судя по зрительским результатам своей работы, одарённая, но зато на совесть спаянная в действительно значимых для неё вопросах) - фактически третье десятилетие шантажирует государство, и государство это отлично осознаёт.

Штука в том, что осознаёт оно также и нерешаемость проблемы на данном этапе. И единственное, что остаётся государству - это, пожалуй, ждать.

Чего именно? Ответ прозвучит цинично: времени, когда последний заслуженный лицедей, доставшийся государству в наследство от великого советского кинематографа - сойдёт со сцены естественным путём. Благо - ждать осталось не так долго, и последние юные звёзды застоя сегодня уже, как правило, на седьмом десятке. А спешно пристраиваемые ими к вымени юные дети, жёны и прочие наследники лишены того сакрального ореола, который обеспечивает самим лицедеям давно мёртвый великий советский кинематограф.

А пока - всё будет продолжаться. И вельможный режиссёр, на казённые деньги снявший конъюнктурное фестивальное "еврокино", проведёт в качестве президента очередную премию "Ника". Которая выдаст этому фильму этого режиссёра (пролетевшему, естественно, с треском у отечественного зрителя) главный приз как лучшей картине года, самому режиссёр-президенту приз за лучшую режиссуру, а его супруге приз за лучшую роль. И заодно, пользуясь случаем, боевито выкрикнет про необходимость бороть коррупцию. И про пропащую страну, которая хуже КНДР.

...Ну и последнее соображение. У меня, уважаемые читатели, есть версия.

Эта странная и необъяснимая на первый взгляд неприязнь кинотусовки России к стране России - на самом деле вполне объяснима.

Это "неприязнь разлюбленных". Неприязнь тех, кого русские граждане всё ещё исправно содержат - но не восхищаются как прежде. И даже видеть не желают.

 

        Виктор Мараховский

 

3

 
   


Источник:http://publizist.ru/blogs/109845/17985/-

 

Наш комментарий:

Редакция Сайта МСПС решила ознакомить своих читателей с данным материалом по двум причинам. Первая - ознакомить их с жизнью когда-то дружеского творческого союза. Ведь нельзя отрицать, что именно благодаря обращению советского кинематографа к лучшим образцам советской многонациональной прозы  зритель получил блестящие, а порой и выдающиеся кинокартины.  Но теперь, когда кинематограф полностью перешел на коммерческие рельсы,   качественная литература ему стала не нужна. 

Второе. Мы вынуждены уточнить слова уважаемого Президента России - литераторы (по крайней мере большинство из них) совсем не относятся к той категории, кому на Руси жить хорошо. Более того, именно писательское сообщество (в последние годы особенно!) испытывает со стороны государства невиданный нажим, игнорирование и презрение. Будь иначе - нам бы не пришлось который год отбиваться в многочисленных судах от посягательств государства на писательское имущество, на наше право оставаться продолжателями и наследниками Союза писателей СССР.  

 

***

Намек на революцию

 

Либералы вынашивают планы по «транзиту власти»


Живущий в Швейцарии бывший олигарх, а ныне один из лидеров либеральной оппозиции Михаил Ходорковский опубликовал на сайте «Эха Москвы» программную статью, в которой излагает новый план либералов по захвату власти в России. Ясно, конечно, что таким бредовым фантазиям сбыться не суждено, однако эти откровения из-за бугра интересны тем, что это – своего рода саморазоблачение нашей либеральной оппозиции.

Во-первых, любопытно, что словосочетание «русский народ» в этой программе захвата власти в России не встречается ни разу. Мало того, оказывается, Россия как государство возникла, окрепла, разгромила врагов и достигла могущества вовсе не благодаря государствообразующему русскому народу. «Кто, на самом деле, на протяжении уже нескольких столетий удерживал страну от сползания в пучину варварства, во время многочисленных передряг? – с пафосом восклицает Ходорковский. – Кому страна обязана своим нынешним, нерастраченным до конца могуществом, своей культурой, наукой, своим оружием, наконец, которым так похваляются наши псевдопатриоты? Вождям, как нас уверяет пропаганда? Ряженным придуркам, бегающим вокруг выставок и храмов? Нет!».

«Благодарить за то, что российские культура и наука по-прежнему значимая часть мировых, надо не такую уж многочисленную, как хотелось бы, часть общества — «русских европейцев», – возглашает отсидевший свое за мошенничество Ходорковский.

При этом, хотя конкретные имена он и не называет, нетрудно догадаться, что этой «не такой уж многочисленной частью общества», которую он называет «русскими европейцами» (то есть «элитой», которой Россия будто бы обязана всем), он считает самого себя и всех доморощенных либералов.

Затем Ходорковский плавно переходит к главному – начинает поносить избранную в России подавляющим большинством народа власть. «Эта власть, – заявляет экс-олигарх, – до сих пор не хочет решать проблему своего ухода. Она ссорит людей и разрушает авторитеты, поскольку на самом деле слаба и боится конкуренции, боится потерять свою бесконтрольность. Некоторые думают, что Путин, окончательно уходя, легко и просто оставит власть преемнику, и все пойдет по-прежнему. Во-первых, по-прежнему не выйдет… Значит, когда она все же рухнет, то вполне может рухнуть в руки людей, не готовых ее принять». И тут для обеспечения «транзита власти», как витиевато выражается Ходорковский, призывая либеральную оппозицию сплотиться и готовиться к этому моменту, – «нам нужно начать думать вместе».

Но кому это «нам»? «Нам, – поясняет свою стратегию лидер либеральной оппозиции, – «русским европейцам», тем, кто решил работать на нынешнюю власть в надежде, что это меньшее зло, и тем, кто порвал с ней всякие контакты, считая это недостойным. «Лоялистам» и «непримиримым», сторонникам большей роли государства в экономике и приверженцам либеральных идей, тем, кто за «крымнаш», и тем, кому произошедшее совсем не нравится».

«Мы – грозится Ходорковский, – все веками жили на одной земле, наши деды поливали ее своей кровью, и никто ее никому без крови не отдаст и сегодня. Ни большинство, ни меньшинство». Любопытное признание! По сути, признание того, что «меньшинство», т.е. либералы, не собираются и сегодня действовать «без крови».

Нет, Ходорковский, конечно, достаточно хитер, и прямо не зовет на баррикады, не призывает тут же устроить в Москве «майдан» наподобие киевского, или ввести в Россию для полного торжества «свободы» войска «демократических государств». Он для начала предлагает соратникам «сплотить ряды».

«С чего можно было бы начать? – риторически спрашивает он, и сам отвечает, называя, наконец, имена тех, кто, на его взгляд, должен взять в руки власть: 

«Можно было бы начать с круглого стола по вопросу транзита власти с участием экспертов из команд Кудрина и Касьянова, Явлинского и Навального, Каспарова и Титова, ОНФ и Открытой России в таком месте, где все смогут принять участие. Годовщина революции дает к этому повод и основание».

Намек на революцию тут вовсе не случаен. Предлагается сделать то же самое, что сделали 100 лет назад большевики в Лондоне: создать своего рода новую РСДРП (название не так уж важно), чтобы приступить к планомерным действиям по обеспечению в России «транзита власти». Другими словами, чтобы иметь возможности, как и Ильич сто лет назад, воскликнуть в нужный момент: «Есть такая партия!». «Стране жизненно необходимы глубокие изменения», – считает Ходорковский.

По правде сказать, его соратники и так без дела не сидят. Доморощенные либералы уже давно, в унисон западным русофобам, развернули через свои СМИ яростную русофобскую кампанию, отрицая само право русских, которыми должно управлять «европейское меньшинство», на существование. Их активисты давно говорят у нас об этом прямо, без обиняков.

Вот что недавно написал, например, в своем опусе «Энциклопедия русской души» либеральный писатель Виктор Ерофеев: «Русские – позорная нация. Тетрадка стереотипов. Они не умеют работать систематически и систематически думать. Они больше способны на спорадические, одноразовые действия. По своей пафосной эмоциональности, пещерной наивности, пузатости, поведенческой неуклюжести русские долгое время были прямо противоположны большому эстетическому стилю Запада».

«Русских надо пороть. Особенно парней и девушек. Приятно пороть юные попы. В России надо устраивать публичные казни. Показывать их по телевизору. Русские любят время от времени поглядеть на повешенных. На трупы. Русских это будоражит. У русских нет жизненных принципов. Они не умеют постоять за себя. Они вообще ничего не умеют», – пишет этот русофоб, которого у нас до сих пор вовсю пиарят во всевозможных СМИ.

А вот что пишет о русском народе другой кумир либеральной публики – писательница Татьяна Толстая: «Россия — это большой сумасшедший дом, где на двери висит большой амбарный замок, зато стены нету; где потолки низкие, зато вместо пола — бездна под ногами… Для меня русский патриотизм ужасен, и не только по той очевидной причине, что он смертельно и безошибочно пахнет фашизмом, но главным образом потому, что его идея и цель — замкнуть русский мир на самого себя, заткнуть все щели, дыры и поры, все форточки, из которых сквозит веселым ветром чужих культур, и оставить русских наедине друг с другом».

«Я хочу призвать российскую интеллигенцию: хватит призывать хищников стать вегетарианцами. Хватит наставлять 87% процентов, поддерживающих нынешнего лидера, «хомо-халявикус» по модели «#‎крымнаш», оборотиться в «хомо-сапиенс», в «человека разумного», – так отозвался о русском народе на конференции в Киеве обозреватель «Эха Москвы» Матвей Ганапольский, сбежавший на Украину. – Именно разумного, пытающегося предположить, что будет не только «сегодня», но и «завтра». Но для этих 87% нет понятия «завтра», есть только сегодня, когда можно что-то урвать… Вот почему не нужно думать, как защитить Россию от железного занавеса. Нужно сказать России спасибо, что она его сама строит. Ибо «хомо советикус» должен сидеть за тем самым «железным занавесом», им же и построенным, чтобы не портить всем остальным жизнь». 

Наши либералы давно уже не стесняются в выражениях, пытаясь доказать, что русский народ сам собой и страной управлять не в состоянии, и что власть надо немедленно передать «европейцам», под которыми они подразумевают самих себя.

С подачи западных кураторов ведется систематическая обработка массового сознания с подрывной целью развала и ослабления России. В будущем году грядут президентские выборы, и либеральная оппозиция начинает все более активно к ним готовиться.

Об этом свидетельствует не только обнародованный план Ходорковского, но и активизация другого гуру либеральной оппозиции Алексея Навального, который объявил, что тоже хочет стать новым президентом России и уже открывает по всей стране свои предвыборные штаб-квартиры. «Я буду участвовать в президентских выборах 2018 года!» – заявил Навальный на своем сайте, сделав своим коньком «разоблачение коррупции власти». Но в устах человека, которому недавно вынесен приговор за мошенничество, такое звучит, мягко говоря, смехотворно…

Не менее нелепо выглядят потуги «идти в президенты России» и у другого лидера оппозиции, бывшего премьера Михаила Касьянова. Он, правда, еще лично не «парился» на нарах, однако давно получил в народе презрительную кличку «Миша два процента».

О необходимости захватить власть заявила и партия «Яблоко», которая выдвигает кандидатом в президенты Григория Явлинского. «Ситуация сложилась так, – пугает она, – что без создания альтернативы Владимиру Путину негативное, и, возможно, катастрофическое развитие событий – практически неизбежно... А такая серьезная возможность создания альтернативы сегодня есть только у нашей партии». Но и эти потуги «яблочников» тоже ничего, кроме иронической улыбки, не вызывают. На прошлогодних выборах в Государственную Думу «Яблоко» получило 1,9% голосов избирателей. И тут – шансов абсолютно никаких.

А потому ясно, что с таким «авангардом» нынешние необольшевики-либералы, которых Ходорковский призвал сплотиться, чтобы захватить власть, ни малейших шансов на это не имеют.

Однако бдительности все-таки терять никоим образом нельзя. Уроки 1917 года суровы: тогда большевики тоже были в меньшинстве. «Ждём благоприятного момента, работаем на перспективу», – многозначительно пригрозил на своем сайте Алексей Навальный.

«Еще плодоносить способно чрево, которое вынашивало гада», – предупреждал в свое время Бертольд Брехт, имея в виду совсем другого исторического персонажа. Но ядовитые плевелы, вредные сорняки, способные заражать все вокруг, еще растут и на нашей либеральной помойке. 

 

Специально для «Столетия» 

 

Статья опубликована в рамках социально значимого проекта «Россия и Революция. 1917 – 2017» с использованием средств государственной поддержки, выделенных в качестве гранта в соответствии с распоряжением Президента Российской Федерации от 08.12.2016 № 96/68-3 и на основании конкурса, проведённого Общероссийской общественной организацией «Российский союз ректоров».


Андрей Соколов

10.03.2017 | 14:24

 

Интернет-издание «Столетие»

 

***

      Обсуждение книги «Мы воевали не за ордена» в Московской городской Думе

 

 

3 марта 2017 года в Парламентской библиотеке Московской городской Думы прошло обсуждение книги серии «Обелиск» - «Мы воевали не за ордена». Автором проекта и редактором-составителем является ветеран Великой Отечественной войны, член Союза журналистов России, заслуженный работник культуры России Василий Сергеевич Суров. Книга посвящена 75-й годовщине разгрома немецко-фашистских войск под Москвой.

 

Книжная серия  проекта «Обелиск» выходит при поддержке Союза защитников памяти Великой Отечественной войны «Народная сеть памяти», руководитель Ю.П. Панов. В  вышедшей в конце 2016 года 13-й книге опубликованы воспоминания ветеранов войны и труда в записи московских школьников из лицеев № 1529, 1535, общеобразовательных школ № 34, 45, 2121, участников выпусков устного журнала «Победители», который проводит сотрудник Центральной детской городской библиотеки Москвы имени А.П. Гайдара Б.В. Попов. В книге также помещены стихи о кремлёвских курсантах и кубанских казаках, защищавших Москву, известного поэта и общественного деятеля Валерия Латынина.

 

Инициатором проведения обсуждения книги «Мы воевали не за ордена» в Московской городской Думе выступила депутат Мосгордумы, член редколлегии серии «Обелиск», внучка Героя Советского Союза В.Р. Шастина. Представляя очередной выпуск сборника, Вера Ростиславовна сказала: «Память о Великой Отечественной войне священна,  у нас в стране нет ни одной семьи, которой не коснулась война. О том грозовом лихолетье написано много книг, но эта – уникальна, поскольку рождена совместными усилиями наших ветеранов и школьников. Это значимый проект и для Москвы, и для всей страны в целом. Главная задача, которую мы перед собой ставим, - рассказать об этой инициативе как можно большему кругу людей. Хотелось бы, чтобы этот опыт был не только нашим, московским, а перенимался районами, городами, регионами Российской Федерации».

 

Василий Сергеевич Суров, говоря о своём детище, подчеркнул: «Очень  важно для патриотического воспитания нашей молодёжи, когда ребята берут интервью у своих родных и близких, из первых уст узнают правду о минувшей войне. Особенно в нынешние времена, когда полным ходом идёт фальсификация нашей истории. Защитить память о подвиге советских воинов в Великой Отечественной войне – наш общий долг».

 

Одним из тех, о ком рассказывается в книге «Мы воевали не за ордена», является Герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель Г.К. Мосолов. Прославленный ветеран военной авиации присутствовал на обсуждении книги и рассказал немало интересного о своей дружбе с первым космонавтом планеты Ю.А. Гагариным,  о замечательном летчике-истребителе, Герое Советского Союза Александре Выборнове и проблемах по увековечиванию его памяти.

 

Военный журналист и поэт, полковник запаса Валерий Латынин рассказал участникам обсуждения о своих безрезультатных обращениях в московские издательства с предложением напечатать воспоминания бывшего одиннадцатилетнего разведчика диверсионной группы белорусского партизанского отряда Александра Ульянова – Шурки-москвича, как звали его сослуживцы. Этот неустрашимый мальчишка был проводником вновь прибывших с «большой земли» диверсионных групп по оккупированным территориям, лично забросал гранатами пулемётный расчёт карателей и помог своему отряду вырваться из окружения. Совершил десятки других подвигов. В 13 лет был представлен к награждению орденом Красной Звезды. Трижды ранен. Врачи в Московской хирургической клинике чудом спасли его жизнь. И его воспоминаниям, прекрасно написанным, поскольку А.А. Ульянов после войны окончил ВГИК и стал кинодокументалистом, не нашлось места ни в одном издательстве. И только В.С. Суров опубликовал часть мемуаров юного партизана в пересказе воспитанников казачьих кадетских классов школы № 2121 в своём сборнике.

 

Говоря о важности проекта «Обелиск», В.А. Латынин привёл пример из своего опроса школьников на знание героев войны. На его вопрос в ходе очередного выпуска устного журнала «Победители», кто слышал о генерале П.А. Белове, никто не поднял руки. Зато о немецком генерале Г. Гудериане знали все. А ведь это конно-механизированный корпус генерала Белова разгромил танковые соединения Гудериана под Каширой и отбросил их на 40 километров 4 декабря 1941 года, за два дня до общего контрнаступления Красной Армии под Москвой. Но такие факты современные школьники в подавляющем большинстве не знают. Выпуск книг серии «Обелиск» способствует устранению пробелов в знаниях молодёжи о войне.

 

Руководитель общественного движения «Народная сеть памяти» Юрий Панов рассказал о комплексной поддержке военно-патриотической работы в администрации муниципального округа Хамовники. За последние 10 лет там создана уникальная система патриотического воспитания, основанная на тесном взаимодействии органов власти и местного самоуправления, ветеранских и некоммерческих организаций, образовательных организаций, досуговых и военно-патриотических клубов, социально ответственных предпринимателей, местного отделения партии «Единая Россия». Один из важных результатов данной работы - издание серии книг-воспоминаний о Великой Отечественной войне.

 

В обсуждении книги и разговоре о значении выпуска серии «Обелиск» для патриотического воспитания молодёжи приняли участие депутаты Мосгордумы Михаил Антонцев, Людмила Стебенкова, Александр Семенников, Владимир Платонов, главы муниципальных округов Хамовники - Н.В. Гущина, Арбатского – Е.П. Бабенко, ведущий устного выпуска журнала «Победители» Б.В. Попов, представители Совета ветеранов ЦАО, студенты,  школьники и преподаватели московских школ. Все участники обсуждения получили в подарок книгу «Мы воевали не за ордена» и сувениры от Московской городской Думы.

 

            Наталия ПРЕОБРАЖЕНСКАЯ.

***

Уважаемые коллеги!

 

Центр исследований деятельности информационных структур и СМИ в условиях вооруженных конфликтов начинает издавать научный журнал «Актуальные проблемы МГП и СМИ». Наш центр функционирует на базе Института журналистики, коммуникации и медиаобразования Московского педагогического государственного университета.

Основные задачи издания:

– пропаганда основ международного гуманитарного права;

– изучение специфики и закономерностей функционирования средств массовой информации и органов информационного обеспечения в условиях войн и вооруженных конфликтов;

– исследование особенностей взаимодействия СМИ с ведомственными органами информационного обеспечения в условиях войн и вооруженных конфликтов, террористических актов и чрезвычайных ситуаций;

– популяризация знаний о способах взаимодействия журналистов и органов информационного обеспечения в условиях войн, вооруженных конфликтов, террористических актов и чрезвычайных ситуаций;

– изучение теории и практики отечественной и зарубежной военной журналистики.

Приглашаем к сотрудничеству исследователей в сфере международного гуманитарного права (МГП), теории и практики военной журналистики, профессиональных журналистов, преподавателей, аспирантов и магистров.

 

Главный редактор Андрей Козлов.

 

Круглый стол «Роль журналиста на войне:

правовые, этические и профессиональные аспекты»

 

Вашему вниманию представляется круглый стол «Роль журналиста на войне: правовые, этические и профессиональные аспекты». Для участия в нем редакция журнала «Актуальные проблемы МГП и СМИ» пригласила известных российских военных журналистов и специалистов в области организации деятельности органов по связям с общественностью силовых структур Виктора Николаевича Литовкина, Александра Александровича Колотило, Николая Александровича Стародымова, Александра Георгиевича Михайлова, Владимира Ивановича Тимофеева.

Ведущий круглого стола – главный редактор журнала «Актуальные проблемы МГП и СМИ» Андрей Валерьевич Козлов, военный журналист, доктор исторических наук, профессор.

 

Ведущий: «Наши гости сегодня – начальник отдела газеты «Красная звезда» Александр Александрович Колотило, военный обозреватель ТАСС Виктор Николаевич Литовкин, бывший начальник Центра общественных связей ФСБ России Александр Георгиевич Михайлов, военный журналист, писатель Николай Александрович Стародымов, военный журналист, доктор политических наук, доцент, заслуженный работник культуры России Владимир Иванович Тимофеев».

 

Ведущий: «Первый вопрос: какова на ваш взгляд сегодня роль журналиста на войне?»

Тимофеев В.И.: «Роль журналиста на войне всегда была и останется одна – рассказать ПРАВДУ о войне. Это в идеале, а на деле все зависит от множества факторов: какая цель поставлена редактором, кто является учредителем СМИ, которое представляет журналист, при каком органе государственного или военного управления он аккредитован, какова личная позиция журналиста и т.д.

Данный перечень можно продолжить. В любом случае командировка на войну – это сложное, ответственное и, не побоюсь этого слова, почетное редакционное задание. Поэтому очень важно всесторонне подготовиться к такой командировке: вникнуть в политические причины противостояния сторон, изучить район боевых действий, вплоть до языковых особенностей населения, разобраться в оперативном построении войск. Здесь на общей эрудиции не выехать. Обязательно нужна целенаправленная подготовка, потом все окупится сторицею.

Мне кажется, что на войне проще всего тем журналистам, кто работает в государственных СМИ или аффилированных государством изданиях. Тут все ясно – надо выдерживать линию… Но интереснее и ответственнее работать тем, кто представляет независимые СМИ, которые стремятся к максимальной объективности в освещении боевых событий. Тут возможностей для реализации профессиональных амбиций куда больше».

Литовкин В.Н.: «От того, как журналисты (а по большому счету, СМИ, так как над любым журналистом, «работающим в поле», есть главный редактор и его газета, радиостанция или телекомпания) освещают события в вооруженных конфликтах и на войне, честно или не очень, с объективных или пристрастных политических позиций, зависит отношение населения и политиков к этой войне.

Пример – война США против Вьетнама. Подробный рассказ журналистов о преступлениях американских солдат и офицеров на войне в Индокитае, яркая демонстрация горя и разрушений, которые принесли в страну американские «джи-ай», фотографии девушки, обожжённой напалмом, гробы под звездно-полосатым флагом, которые доставляли самолеты на континент… Все это так или иначе способствовало прекращению агрессии США против Вьетнама и заключению соглашения о выводе американских войск с территории страны.

Можно приводить и другие примеры. В том числе и о работе журналистов на войне в Чечне, тем более в первый ее период. Ангажированные либеральные СМИ представляли местных бандитов и террористов, как борцов за свободу и независимость Ичкерии от оккупировавшей ее России, пытались создать из них образ «Робин Гудов», хотя для этого не было никаких оснований, что потом почувствовали на себе и те коллеги, которые их защищали и пропагандировали (фамилии называть не будем), а другая точка зрения старательно игнорировалась прессой, которую курировали и оплачивали некоторые олигархи. Более того, журналисты, имевшие другую точку зрения на события в Чечне, предавались профессиональному остракизму. Чем это закончилось, многие знают. Но об этом сегодня почему-то не принято говорить.

Уроки войны на Северном Кавказе, как, пожалуй, в Абхазии, Южной Осетии, Приднестровье, Таджикистане и работы там журналистов, на мой взгляд, до сих пор не проанализированы, как с позиций профессиональной этики, так и с позиции честности и объективности, что пока не способствует воспитанию гражданственности у пишущих и снимающих коллег. А без гражданской позиции журналисту на войне крайне трудно и, по большому счету, невозможно».

Михайлов А.Г.: «Я бы уточнил вопрос, скорее, военного журналиста для общества. Оно должно знать, что происходит там, где льется кровь, где погибают люди. Самое главное: кто виноват и что делать? В этом смысл работы журналиста. Разобраться и показать… Я много раз бывал на конференции «Терроризм и электронные СМИ» и должен сказать, что журналисты противоборствующих сторон очень часто показывают, что виноват противник. Погибшие дети, старики, женщины… Они есть и с той, и с другой стороны. И талантливый журналист может убедительно доказать, что виновата противоположная сторона. Но смысл не только в том, чтобы доказать кто виноват, а показать ужас войны, которую надо заканчивать.

Стародымов Н.А.: «Роль журналиста на войне по своей сути ничем не отличается от его роли в других условиях. Формы работы, специфика, пределы допустимого – вот они отличаются. А роль – та же, что и везде: предельно подробно и объективно освещать происходящее».

Ведущий: «Уважаемые коллеги, все ли сделали государства для защиты журналистов, выполняющих профессиональный долг в условиях войн и вооруженных конфликтов?»

Литовкин В.Н.: «О роли государства в защите жизни и здоровья журналиста, выполняющего свой профессиональный долг на войне, говорить довольно сложно. С одной стороны, мне известны положения МГП, направленные на эти цели. С другой – защита журналиста на войне начинается с его профессиональной подготовки в вузе, в профессиональной среде – в газете, на телевидении, в общении с коллегами, прошедшими военную школу в ходе вооруженных конфликтов. Наконец, в самостоятельной подготовке (моральной, психологической, военной, медицинской, правовой и т.д.) журналиста к командировке в горячую точку и выполнению им там своего профессионального долга, подготовке материалов для направившего его туда издания.

Конечно, большую помощь журналисту, работающему в горячих точках, могут оказать общественные организации. Такие, как, например, Союз журналистов Москвы, который организует совместно с силовыми ведомствами – Минобороны, МЧС, МВД, ФСБ и даже МККК подготовку сотрудников газет, радио и телевидения для работы в условиях чрезвычайной ситуации на курсах «Бастион». Многие коллеги, прошедшие эти курсы, говорят, что знания и навыки, приобретенные на таких занятиях, помогли им во время работы на передовой».

Колотило А.А.: «На этот вопрос ответить сложно, потому что, какие бы законы и меры ни принимались для защиты журналистов, на войне они могут не действовать. Сейчас в Сирии идет война с террористами, посему, как бы ни старались оградить журналистов от всяких неприятностей, это просто нереально осуществить. Что может сделать государство, если журналист находится в каком-то подразделении, на которое противник совершил артиллерийский налет? Это уже, как говорят, – «фатум», рок, судьба… Да и журналистов трудно удержать на войне от попыток запечатлеть «горячий» материал… В том же Алеппо, когда мы работали в только что освобождённом районе Бани-Зейд, нас предупреждали, что район еще не зачищен, на обочинах и в развалинах зданий могут быть мины. Мне довелось в те дни работать вместе с тележурналистами Первого канала и RT, с мужественными и прекрасными ребятами. Сначала мы остерегались, а потом, забыв об опасности, ходили среди развалин, рассматривали и снимали «шайтан-орудия», «шайтан-бомбы» и прочее… Так что законы законами, а реальность на войне – реальностью. Тем более, сейчас, повторяю, ведутся войны вопреки всем законам – не только законам и правилам ведения войны, но и гуманизма, человечности – со стороны террористов…»

Михайлов А.Г.: «Сделано много. Но мы должны помнить, что профессия журналиста одна из самых опасных. Хоть в военное, хоть в мирное время. В одном статистическом анализе я увидел, что по смертности она на втором месте после шахтеров. Но как можно сделать, чтобы журналист не погиб от шальной пули, осколка снаряда или бомбы? Это фатальность. Сегодня в России военных журналистов учат на курсах «Бастион». Их погружают в атмосферу войны, терракта… Потом разбирают ситуацию со специалистами. Только навык, только практика.

Но как бы мы ни учили, все равно человек попадает в такие ситуации, которые ничем не предусмотришь. Не все, а только единицы способны для такой работы. И даже глядя на экран, мы видим, как мало журналистов бывает на войне. Для этого нужен особый склад ума, психологии, куража… И каждый выезжающий в горячую точку испытывает сильнейшее напряжение, потому что все ходят под Богом. Что касается международного права, защищающего права журналистов, то это для идеальной ситуации. Сегодня блокируется работа российских журналистов даже в мирной Украине… Там тоже своя война. Война за правду. Что говорить о Ближнем Востоке. Хотя на бумаге все гладко. И все нормы защиты профессиональной деятельности прописаны».

Стародымов Н.А.: «Прежде всего, я могу судить о ситуации в первую очередь на основании личного опыта. На всех войнах присутствовал в качестве военного журналиста, то есть носил погоны, а следовательно, выполнял в первую очередь воинский долг. И если бы со мной что-то случилось, то это случилось бы с офицером Советской/Российской армии, а не с представителем СМИ.

В ряде случаев непосредственно в период выполнения своих служебных обязанностей у меня был выбор: отправляться на задание, сопряжённое с опасностью, или нет. И я сам принимал решение: десантироваться в тыл противнику с выделенным для этого подразделением, выходить ли «на караван», отправляться ли в глубокий рейд…

Соответственно, и у моих коллег, оказавшихся в зоне боевых действий, пусть не всегда, но выбор, как действовать, имеется. Риск попасть под обстрел или на минное поле в прифронтовой полосе имеется всегда. Однако степень риска журналист чаще всего может определять для себя сам.

Лезть на рожон журналист не обязан. А если лезет – это его собственное решение.

Теперь о государстве. Если человек погиб в зоне военного конфликта, государство несёт за это полную ответственность. Конечно, есть принципиальная разница, к какой основной категории относится погибший – комбатантов или гражданских лиц. Поскольку журналист относится к категории гражданских лиц, в его гибели обязательно есть виновные – свои, что не обеспечили безопасности, противник – что погиб представитель мирной профессии. В этом отношении представитель СМИ подпадает под защиту всех существующих международных норм.

Если же он к тому же снабжён соответствующей видной издалека атрибутикой с соответствующими отличительными надписями, он автоматически оказывается под защитой международных законов.

Итак. Конечно, журналист на войне должен пользоваться дополнительными гарантиями безопасности. Конечно, государство, отправляя его в зону боевых действий, тем самым берёт на себя ответственность за него. Однако если противник не соблюдает соответствующие требования международных законов, ответственность за это несёт именно противная сторона».

Тимофеев В.И.: «А почему, собственно, вопрос поставлен таким образом, что защищать должно опять же государства? В отдельных случаях оно, конечно, может предпринять какие-то меры нормативно-правового и даже политического характера, но, мне кажется, не менее важными должны быть меры социальной защиты журналиста со стороны СМИ, которое командирует его в горячую точку. Здесь имеется ввиду и достаточный размер командировочных, и хорошая медицинская страховка, и технические возможности по передаче информации. Все это важно, так как человек отправляется работать, выполнять свой профессиональный долг на благо издания и общества».

Ведущий: «Что могут сделать международные и российские общественные организации для усиления защиты журналистов?»

Михайлов А.Г.: «Защиты от чего? От произвола власти и мелких чиновников? Кое-что могут. Но немного. У них нет ресурса, кроме слова, кроме народной дипломатии. Я думаю, что надо исходить из практики. Как бы ни оценивали роль общественных организаций, должны понимать, что защита законных прав и профессиональных интересов — это приоритет государств. И если надо защищать, то используя этот инструмент. Война дело иное… Тут больше роль спецслужб (если человек попал в плен, стал заложником) и военных».

Литовкин В.Н.: «На мой взгляд, помощь международных и российских общественных организаций может и должна заключаться, во-первых, в просвещении и обучении, а также в правовом обеспечении представителей СМИ для работы в условиях чрезвычайных ситуаций, в том числе и в ходе вооруженных конфликтов. А, с другой стороны, в требовании к средствам массовой информации и к их руководителям в обеспечении журналистов всем необходимым для работы в горячей точке – средствами защиты (бронежилет и каска), медицинской страховкой, системами коммуникации – телефонами, включая спутниковый, договоренностью с командованием воинских частей и соединений, руководством пресс-центров силовых структур, под надзором, с помощью и поддержкой которых должен работать журналист…

И главное – потребовать от журналиста, посланного в командировку на войну, не совершать никаких подвигов, не брать в руки оружие, не подменять солдат и командиров, а быть озабоченным только одной задачей – передать в газету собранный и необходимый ей материал».

Тимофеев В.И.: «Государства, со своей стороны, и так делают немало. Другое дело, что целевыми аудиториями их усилий зачастую являются только журналисты, что, как мне кажется, не совсем верно. Надо обязательно расширять масштабы информационно-разъяснительной работы путем вовлечения в нее сотрудников пресс-служб силовых ведомств, командиров воинских частей и даже представителей высшего командования. Такая работа пойдет только на пользу».

Колотило А.А.: «Согласен. Главное, чтобы был усилен контроль за выполнением всех ранее принятых международных соглашений, чтобы они работали».

Ведущий: «Сегодня дисциплину «Международное гуманитарное право и СМИ» исключают из учебных планов некоторых факультетов журналистики. Каковы будут последствия?»

Тимофеев В.И.: «Надо разбираться, кто и почему исключает и искать пути по заполнению образовавшегося вакуума. Например, рекомендовать студентам изучать дисциплину факультативно, организовывать и проводить обучающие семинары, круглые столы, конференции, в ходе которых рассматривать вопросы международного гуманитарного права».

Михайлов А.Г.: «Никаких. Это просто дисциплина. И к ней студенты относятся, как ко многим иным. Конечно можно напустить тумана и утверждать, что это ключевая дисциплина… Но я проработал более 40 лет в журналистике, и понимаю, что каждая дисциплина нужна только тогда, когда она гарантированно пригодится.

Изучать впрок бессмысленно. Что, мы не знаем студентов? Если не будет применения знаний, они утрачиваются. Эту дисциплину можно изучать факультативно. И то только теми, кому она в ближайшем будущем может пригодиться. На журфаке мы столько ненужного для профессии изучали… Вообще мое мнение, что журналистика должна быть вторым образованием. Получил базовое, пришел в журналистику – получи знания. Если нет таланта писать, хоть десять журфаков закончи – толку ноль. Сколько я повидал таких недоучек с дипломом – не сосчитать. А сколько звезд в журналистике и без журналистского образования. Это талант, призвание. Зачем мы лепим кривые горшки? Сколько судеб сломано у людей, ошибшихся дверью. С моего потока (а тогда журналистику преподавали титаны словесности), не больше десяти остались в специальности. Так что, отвечая на ваш вопрос, полагаю – решать проблемы надо по мере их поступления».

Колотило А.А.: «Если разговор идет о серьезной журналистике, профессиональной, то будущий или уже настоящий работник СМИ может и сам изучить эту дисциплину в плане своего самообразования. Здесь нет ничего сложного. Источников очень много. Но преподавать ее в вузах, конечно же, надо обязательно».

Литовкин В.Н.: «Это ошибочное решение. Последствием его может стать безграмотное освещение событий военного конфликта, неадекватное поведение журналиста в ходе боевых действий, угроза его жизни и здоровью, не говоря даже о юридических последствиях его военно-правового дилетантства».

Ведущий: «В российских вузах дисциплину «Международное гуманитарное право» читают будущим юристам, «Международное гуманитарное право и СМИ» – журналистам. Нужно ли преподавать «Международное гуманитарное право и СМИ» будущим сотрудникам пресс-центров и пресс-служб?»

Колотило А.А.: «Ответ однозначен – преподавать надо. Скажу о том, что когда я учился мы один семестр изучали международное право. И польза от этого была несомненной».

Михайлов А.Г.: «Смотря каких? Пресс-служба пресс-службе рознь. Ну зачем это пресс-службе общества пчеловодов? У меня в МГИМО училась сотрудница этой организации… Нам надо шашечки или ехать? Если занять преподавателей нагрузкой – одно. Если иметь результат – другое. К тому же часто в пресс-службах трудятся люди без журналистского образования, но работающие в системе. И часто лучше, чем выпускники журфаков. Они знают тему, умело в ней ориентируются. Руководствуются внутренними регламентами. Мы работаем как авиация – ковровыми бомбардировками. А надо штучно. И исходя из этого, зная, где будет работать выпускник, готовить его под эту задачу».

Тимофеев: В.И.: «Не уверен, что всем им нужны такого рода знания. К примеру, зачем знания основ международного гуманитарного права сотрудникам пресс-служб строительных организаций или IT-компаний? А вот работникам пресс-служб всевозможных силовых структур такого рода знания просто необходимы. То есть вывод предельно прост: надо работать целенаправленно и искать заинтересованные целевые аудитории».

Литовкин В.Н.: «Обязательно. Журналисты и сотрудники пресс-служб должны понимать друг друга не только в профессиональных вопросах, но в гуманитарно-правовых».

Ведущий: «Расскажите о самом сложном моменте из своих командировок в горячие точки?»

Литовкин В.Н.: «Таких моментов было довольно много. Мне пришлось побывать на войне в Афганистане, в Ираке, перед первой войной США против этой страны, на Балканах, практически во всех горячих точках на пространстве бывшего Союза – неоднократно Южная Осетия, Абхазия, землетрясение в Армении, цветная революция в Баку… Выбрать какой-то один очень трудно, тем более расположить их по степени сложности, какой самый и какой не самый сложный, тоже трудно. Впрочем, вспомню один эпизод.

Это было в январе 1990 года. В моем родном Баку, куда меня послали «Известия» освещать события тех недель. Первое, что поразило, что мои школьные друзья, с которыми мы всегда были не разлей вода, не захотели со мной встретиться, даже по телефону отвечали на мои звонки не очень охотно… Обстановка недавнего киевского «майдана» сегодня хорошо знакома многим людям, такой же она была в те дни в Баку – люди были запуганы погромами, убийствами представителей «нехорошей» национальности, нападениями на воинские части…

В ночь на 19 января я находился в «сальянских казармах», где размещался полк связи Бакинской общевойсковой армии. Казармы были окружены людьми в черных пальто и плащах, у многих из них в руках было оружие – охотничьи винтовки, мелкокалиберки, а у некоторых даже «калашниковы». Вооруженных людей можно было заметить и на крышах зданий, которые окружали казармы. Ворота из городка были завалены баррикадой из бетонных блоков, разбитых автомобилей и даже автобусов… Пройти через этот завал можно было только пешком, да и то с опаской нарваться на серьезные неприятности.

Где-то часам к десяти я уже собирался возвращаться в гостиницу, но кто-то из командования полка меня остановил и предложил переночевать в части. Я остался в полку. Ночевать собрался в одном из классов, где были расстелены матрасы. Но не успел снять ботинки, как началась стрельба. Выглянул в окно и увидел, как с крыш окружающих казармы домов по зданиям военного городка бьют автоматы и охотничьи ружья. Одна из пуль или осколок камня разбил окно в классе, где я находился. Пришлось чуть-чуть отодвинуться от окна, но за происходящим на улице наблюдать я не прекратил.

Вдруг послышался рев двигателей и из военного городка, ломая бетонный забор, через дворы, по припаркованным легковым автомобилям с грохотом и выстрелами вверх пошли БМП и БРДМ… Я помчался на штабной этаж, где, как я знал, был кабинет Главкома Сухопутных войск генерала армии Валентина Варенникова. Мы с ним и его порученцем (фамилию запамятовал) были знакомы. Удостоверение «Известий» открыло мне дверь в кабинет главкома.

– Что это было, Валентин Иванович? – спросил я.

– Ничего, – ответил он.

– Так не бывает, – возразил я. – Завтра утром весь мир облетит новость, что советские войска расстреляли безоружных азербайджанских граждан. И нам придется оправдываться. Может, мы первыми сообщим, что было. И пусть оправдываются другие.

– Вы так думаете, – удивился Варенников. – Хорошо. Через два часа я буду готов

ответить вам на все вопросы.

Через два часа с диктофоном в руках и блокнотом я снова был в кабинете генерала армии. Он подробно рассказал мне свою версию происшедших событий. Не возразил, чтобы я изложил ее в «Известиях» от его имени (Сегодня обычно в печати принято ссылаться на не названный источник). Но возник вопрос, как мне передать этот материал в газету. Телефон с выходом на Москву был только в штабе армии, а до него от «сальянских казарм» было около полутора километров. Пройти их этой ночью очень опасно. Варенников вызвал к себе командира мотострелкового батальона, который охранял казармы, и поставил ему задачу доставить меня в штаб армии в целости и сохранности.

Меня уложили в боевое отделение БМП горизонтально, как сосиску в бутерброде. Со всех сторон я был обложен солдатами в бронежилетах и в таком виде доставлен в штаб армии, к московскому телефону. «Известия» первыми в стране вышли с подробным рассказом главкома Сухопутных войск – заместителя министра обороны СССР генерала армии Валентина Варенникова о том, что случилось в Баку в ночь на 19 января.

Не уверен, что это был самый сложный момент в моей журналистской работе в горячей точке. Но, наверное, один из самых примечательных».

Колотило А.А.: «Самое сложное на войне – найти себе место. В Афганистане, например, идет в рейд парашютно-десантный батальон на подрыв перевала на пакистанской границе. Я ищу себе место. Все БМД укомплектованы по боевому, штатному расписанию. Куда «приткнуться» корреспонденту? Предлагают в одну машину, она пойдет по дну ущелья и будет огнем поддерживать наших ребят, которым предстоит выдвигаться по склонам и хребтам к перевалу. Исполняющий обязанности замполита роты, «комсомолец» полка, говорит, сядешь у радиостанции, будешь всю динамику боя слышать. Зачем тебе рисковать зря, тебя ведь никто не посылает. И тут мне место за правым курсовым пулеметом предложил командир парашютно-десантной роты – мой друг. Его машина шла в колоне пятой, а машина замполита – шестой.

Я выбрал пулемет. А оказывается – жизнь. Наша машина прошла по мине. А идущая позади взорвалась, сдетонировал боекомплект. Было это 14 апреля 1980 года близ ущелья Чоукай, километрах в 70 от Джелалабада. Через две недели, 2 мая, я опять иду в рейд – в ущелье Бихсуд. И опять – где найти себе место? И мне его находят. В машине, в кузов которой загружено 8 тонн боеприпасов… Комментарии излишни.

Обошлось… Так что главное на войне – найти себе место. И еще – «не отрываться от коллектива».

Скажу еще одну вещь – нельзя чем-то отличаться от остальных – одеждой, поведением. В Афганистане снайперы били по тем, у кого бинокли, кто больше руками размахивает – дает целеуказания, у кого радиостанция. Конечно, сейчас журналист в каске, бронежилете, с телекамерой, все обозначено – «Пресса», вроде бы по нему не должны вести огонь, но ведь современные войны ведутся террористами без правил. Поэтому бьют прицельно и наверняка. Значит, журналисту не надо терять бдительности и быть соответствующе образованным в военном отношении. Знать, когда и где надо укрыться, уметь, например, услышать хлопок – момент отделения в воздухе головной части реактивного снаряда, а это может спасти жизнь. Ведь с момента разделения до взрыва проходит секунды полторы, вполне можно укрыться…

И многое другое надо знать и уметь на войне. А теперь о том, чтобы «не отрываться от коллектива»…

А дело было так. В Алеппо я поехал с тележурналистами в район, который называется «Проект 10-70». В нём размещали беженцев в недостроенных домах. Ребята из Первого канала и Russia Today брали интервью у одной из многодетных сирийских семей на первом этаже, в помещении квартиры. А я решил подняться на два пролёта по лестничной клетке и сделать из окна снимки близлежащих домов. И вдруг сверху выскакивает маленький бородатый сириец в камуфляжной форме лет 25-27 и начинает злобно что-то кричать, наступая на меня. Я отвечаю ему по привычке: «Руссия, пресс», но это не действует на него. Меня поражают злоба и ненависть, которые так и плещутся в его глазах. Такое я видел впервые. Обычно нам улыбались, прикладывали руку к сердцу, говорили добрые слова, а тут такое… Я медленно отступил вниз по лестнице, говоря что-то, и думая о том, что внизу, у квартиры, стоит капитан Башар из военной полиции, из личной охраны губернатора Алеппо, с которым мы уже успели подружиться. Главное, мелькает мысль, не поворачиваться спиной…

Наконец, мы, ругаясь каждый на своём языке, спускаемся на первый этаж. Капитан Башар, наконец, всё это увидел. Как на грех, он тоже в эти минуты был в квартире беженцев. Он подходит ко мне. Кажется, инцидент исчерпан. Но маленький-бородатый по-прежнему стоит рядом и злобно смотрит на меня. Дождавшись, когда наши ребята из телеканалов отработают в квартире, я прошу корреспондента телеканала Russia Today Сомара Абудиаба объяснить, что к чему. Сомар, в совершенстве владеющий языком, довольно-таки резко говорит с низкорослым. А потом переводит мне:

– Он говорит, что из мухабарата, но вряд ли. Те так себя не ведут. Скорее всего, здесь у него семья, поэтому он и боится, что вы подниметесь на его этаж…

Работая в Алеппо, я уже слышал о том, что боевики отправляют в город под видом беженцев свои семьи. Может, и этот был тоже из них? Пришёл навестить семью, кто же его узнает в таком большом городе…

Мы попрощались с семьями беженцев, дети ещё вынесли нам на дорогу бутылку холодной воды. Я посмотрел на стоящего поодаль этого малорослого и бородатого и вновь увидел в его глазах ненависть. Буквально на следующий день после нашего отъезда в тот самый район, который называется «Проект 10-70», ворвались бандформирования. Мне было трудно представить, что сталось с теми семьями, которые встречали нас так радушно. Особенно, если тот низкорослый оказался боевиком. И эта боль не покидает меня до сих пор».

Михайлов А.Г.: «Не всегда в горячих точках бывает горячее, чем в Москве. Там все понятно – свои – чужие. Здесь же сплетение интересов, интриги (иногда на самом верху). Часто идешь как по минному полю. Сейчас силовики все упростили до тупости. Есть шаблон. Вписывают время, место и обстоятельство и читают по суфлеру. Не пресс-служба, а фарфоровые болванчики, без собственного профессионального мнения. Тошнит. Когда же создавались пресс-службы силовых структур, был полет фантазии, творчество, осмысление не только новых тем, но и подходов, принципов.

В начале 1990-х был сплоченный пул МВД, КГБ, МЧС, Прокуратуры… Единый кулак. Сегодня этого нет. Да и вообще то, что мы видим – трусы на резинках. На сайте МВД селфи, с мамой… И никто не думает, что это грубейшее нарушение принципа безопасности. Зачем вывешивать близких, позиционируя их с опером, следователем, сотрудником СОБРа? Неужели непонятно, что подставляют своих родных?

Что касается случаев, то их было много. И часто приходилось брать ответственность на себя, расплачиваясь за это. В 1996 году банда Радуева захватила больницу в Кизляре. Когда мы прибыли, боевики вместе с заложниками покинули на автобусах город. По приказу Президента Ельцина их остановили на границе с Чечней. Они захватили поселок Первомайский и ситуация зависла. Штурмовать сложно, так как не известно, где заложники… Сложнейшая ситуация была. Но тогда был впервые создан полевой пресс-центр. Трижды в сутки я давал журналистам текущую информацию. Но надо было что-то делать. Уничтожить поселок? Положить свой спецназ? Но я согласовал как вывести бандитов из поселка в поле, где можно вести бой… Я заявил, что заложников уже нет, а потому завтра артиллерия и авиация уничтожит поселок…

В ночь Радуев двумя маршрутами вышел. Одна колонна попала на блокпост и была уничтожена. Вторая ушла по нейтралке в Чечню. И слава Богу, потому что ночью никто бы не разобрал, где бандиты, где заложники. Тьма – глаз выколи.

Утром взбешенный Ельцин отстранил меня от должности начальника ЦОС ФСБ.

Таковы правила. Всем было ясно. Впрочем, через три месяца я занялся новой и еще более интересной работой. Часто думал, а был ли выход? И понимаю, что сделал все правильно. Не знаю, как поступил бы на моем месте другой генерал».

Стародымов Н.А.: «В боевых условиях, вернее, при освещении боевых действий нередко сталкиваешься с этическими моментами. А именно: если свой военнослужащий нарушил какой-то закон, то как об этом говорить?

Вполне понятно, что я не говорю о каких-то вопиющих преступлениях: умышленное убийство вне условий боевых действий, то же посягательство на права журналиста, мародёрство и т.д. Но когда, скажем, солдат в холодную пору отбирает у мирных жителей тёплую одежду… Конечно, это недопустимо. Но как-то очень не хочется об этом писать. Когда солдат в припадке ярости от известия о гибели товарища начинает избивать пленного – это недопустимо, но писать об этом не хочется.

Я был свидетелем нескольких подобных фактов, а то и более жёстких. Мою душу воротило от того, чему я стал свидетелем. Однако писать об этом не стал.

Но и противоположный факт, когда вроде как наши журналисты во время первой чеченской кампании действовали, по сути, против армии. Когда телеоператор в кабинете начальника заснял карту с дислокацией войск и потом её показали по телевидению.

Писать или промолчать? Вот самое сложное при освещении вооруженных конфликтов, подобных чеченскому!

Самый сложный, трагический момент?

Под Орехово в Чечне мы прорвались на боевой машине к подразделению, которое понесло потери. Требовалось вывезти раненых.

На земле лежал совсем молоденький мальчишка. Глаза мирно закрыты, верхняя губа приподнята, обнажая зубы… Вот и всё, что я запомнил.

Да, ещё руки, уже связанные, для удобства транспортировки, скрученным в жгут белым бинтом, завязанным бантиком…

Рядом сложены вещи, которые достали из карманов мёртвого мальчишки. Военный билет. Недописанное письмо. Недогрызенный чёрный солдатский сухарь… Ещё какая-то мелочь…

Вот этот убитый в бою молоденький солдат, в моей памяти, – один из кошмаров войны. По сути, у него ещё ничего не могло оказаться в прошлом. И вот уже ничего нет в будущем!

Этому пареньку повезло! Как ни кощунственно это звучит. Он просто убит в бою, убит сразу и наповал, и тело его осталось у своих. И документы остались при нём, так что тело отправят родителям, а не заморозят в рефрижераторе на неопределённые времена. И на могилке его на родине установят привычную пирамидку с надписью «Погиб при исполнении служебного долга», а не гранитную плитку на подмосковном Богородском кладбище «Неизвестный солдат»… И не оказался он в лютом плену, не повергался жутким мукам, не принял смерть как избавление от них, и не закопан неведомо где, пополнив тем самым самый скорбный список войны – без вести пропавших…

Санитары загрузили внутрь боевой машины несколько раненых. Носилки с убитым взгромоздили на броню сверху, прикрутили их проволокой к каким-то скобам…

И мы помчались обратно, к вертолётной площадке.

Мы успешно проскочили простреливаемый участок местности и оказались перед насыпью метра под три, по которой проходила дорога. Механику-водителю предстояло совершить манёвр. Требовалось на скорости вскарабкаться по высокому скату на ленту дороги и, оказавшись на гребне насыпи, тут же остановиться, чтобы сходу не скатиться с насыпи с другой стороны.

Когда машина карабкалась по откосу, лопнула одна из проволок, удерживавших носилки с убитым. Мы вцепились в них – в носилки и в убитого, чтобы они не слетели с брони. Мне в кулак попала штанина убитого парнишки, и я всю дорогу сжимал материю, стараясь даже сквозь неё не касаться мёртвого тела.

Этот случай навсегда врезался в мою память».

Ведущий: «Наш круглый стол подошел к завершению. Тема, которой посвящено данное мероприятие, актуальна и злободневна. Безусловно и то, что она нуждается в дальнейшем обсуждении экспертным сообществом. Наша площадка открыта для всех желающих высказать свое мнение. Спасибо всем участникам и надеемся на дальнейшее сотрудничество».

Подготовили

Андрей Козлов, Александр Салихов.__

 

***

У ПАМЯТНИКА МУСЕ ДЖАЛИЛЮ

 

Февраль для татарской общественности Москвы — месяц значимый, в нём отмечается день рождения выдающегося поэта Мусы Джалиля, которому в 2017 году исполнилось 111 лет. В 1956 году ему было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза, а в 1957 году  так же посмертно ему была присуждена Ленинская премия.

Муса Джалиль (Муса Мустафович Джалилов) — известный татарский поэт, который в 1944 году, во время второй Мировой войны, за участие в подпольной антифашистской организации был казнён немцами на гильотине в тюрьме Плётцензее в Берлине.

Представители различных сфер деятельности, ценители творчества Мусы Джалиля и его гражданского подвига, а также учащиеся, ветераны и общественность собрались у памятника поэту в районе Забликово в Москве, чтобы отдать дань уважения и памяти классику татарской литературы.

Автором этого памятника выступил заслуженный художник России Юрий Злотя, который стал победителем конкурса 2007 года на лучший проект памятника Мусе Джалилю. Работы по изготовлению скульптурной композиции финансировались правительством Республики Татарстан, а расходы на установку памятника и благоустройство прилегающей площадки взяли на себя власти Москвы. Памятник был торжественно открыт 24 августа 2012 года, на церемонии открытия которого присутствовала тогда дочь Мусы Джалиля — Чулпан Залилова.

В нынешнем году в честь дня рождения Мусы Джалиля известному московскому поэту Николаю Переяслову, переводившему на русский язык стихи и поэмы многих татарских поэтов, была вручена памятная медаль и торжественное письмо от Чулпан Мусеевны Залиловой, в котором она написала:

«Вот уже больше века прошло со дня рождения Мусы Джалиля. Из них прожито меньше половины, но какой яркий след оставил мой отец на земле. Он и до войны жил взахлёб: поэзия, творчество, организация оперного театра, работа с молодыми поэтами, редакторами татарских журналов в Москве, Союз писателей в Казани.

Отечественная война была великим испытанием для всего народа, но и проверкой на мужество и преданность каждого. Отца, ушедшего на фронт добровольцем, отправили на один из самых трудных участков, на Волховский фронт. Раненный, он попал в плен, испытал все ужасы фашистских концлагерей, но и там он и его соратники вели подпольную борьбу. 25 августа 1944 года мой отец и его 10 соратников были казнены в Берлине. В фашистских застенках отец написал потрясшие мир стихи. «Моабитские тетради» вершина поэтического творчества Мусы Джалиля, свидетельство большого мужества и героической стойкости.

Я благодарна всем, кто помнит и чтит память моего отца, кто ценит и помнит  его стихи, его послание нам, потомкам, написанное кровью сердца».

В эти же дни торжества по случаю дня рождения Мусы Джалиля прошли в городе Казани, где звучали тёплые слова в память о поэте-герое и возложены цветы к его памятнику.

Соб. информ.

 

 

 

 

***

ОЧЕРЕДНОЕ ЗАСЕДАНИЕ

 

24 января состоялось, я считаю, замечательное, творческое заседание Клуба Творческих Людей «Пегас», первое в этом 2017 году!

В начале заседания собравшиеся почтили минутой молчания погибших участников Академического ансамбля песни и пляски российской армии имени Александрова и других россиян, погибших в страшной трагедии 25 января 2016 года.

Затем Участники Клуба Творческих Людей «Пегас» Поэт Анатолий Пшеничный и Художник, член студии военных художников им. Грекова Юрий Бирюков, которые в 2016 году совершили творческие поездки в Сирию, рассказали о своих впечатлениях в ходе этих поездок и своих встречах с российскими военнослужащими, выполняющими миротворческую миссию в этой стране. Прозвучали стихи и песни нашего замечательного, любимого поэта Анатолия Пшеничного. Великолепный художник, замечательный портретист Юрий Бирюков привёз и показал присутствующим наброски, сюжеты и картины, которые были сделаны им в Пальмире и других местах этой многострадальной страны. В ходе встречи были показаны фотографии и видеосюжеты сирийской тематики. Прозвучал очень интересный рассказ Игоря Васильевича (фамилию не указываю по известным соображениям), долгое время работавшего в этой стране, который рассказал об истории сирийско-российских взаимоотношений, об истории и культуре этой страны.

В ходе последующей беседы Александр Михайлович Платонов, начальник 1 отдела по борьбе с терроризмом ФСБ РФ, очень интересно рассказал присутствующим о тех событиях, в которых он участвовал, презентовал свою новую книгу «Тайная война против СССР и России», все экземпляры, которые имелись в наличии у Александра Анатольевича, были моментально раскуплены.

На нашей встрече присутствовал Руководитель Студии писателей Министерства Внутренних Дел Российской Федерации Дмитрий Александрович Жуков, который очень интересно рассказал о работе наших коллег писателей, о патриотической работе по прославлению Героев нашего Отечества. И с которым мы договорились о сотрудничестве и совместной работе.

На встрече звучали стихи, прошло очень активное творческое общение всех присутствующих.

Я думаю, что все, кто пришёл на наше первое в 2017 году заседание Клуба Творческих Людей «Пегас», получили хороший позитивный заряд для дальнейшей творческой работы по созданию новых произведений, прославляющих нашу Родину, нашу Службу и её славных представителей. Вместе мы - Сила!

 

Руководитель Клуба Творческих Людей «Пегас»,

Член Правления РОО ВВР,

Подполковник в отставке                                                              

  Мудрагей А.И.

 

Фото Татьяны МЕЩЕРЯКОВОЙ 

 

***

Бал сказок в колледже «Царицыно»

19 января 2017 г. в колледже «Царицыно» было проведено городское мероприятие – Бал сказок. Хорошо знакомые всем классические танцы, такие как Полонез, Падеграс, контрданс «Оглядки», марш «Рим», различные вальсы танцевались под музыку из любимых фильмов-сказок. Участники студии исторического танца колледжа под руководством своих педагогов Балашовой А. Ф. и Фадеевой М. Б. научили гостей танцевать  Испанский вальс и Конский бранль.  Была проведена викторина для знатоков сказок. Особенно активно в ней участвовали родители танцевавших на балу студентов. Собравшиеся узнали об истории появления некоторых танцев, о правилах этикета, услышали несколько интересных историй, связанных с российскими балами.

Организаторы бала Клюева Ирина Владимировна, зав.кафедрой общеобразовательных дисциплин, преподаватели этой кафедры Балашова Александра Федоровна и Фадеева Маргарита Борисовна благодарят всех участников и гостей за созданную атмосферу волшебства, чуда и гармонии.

Ангелина Кравцова, Т-03

Бал привёл меня в восторг! Множество положительных эмоций! Даже не хотелось уходить, хотелось продолжать и продолжать кружиться в вальсе. Хоть я и знала все танцы, мы долго их репетировали, но, выступая для наших гостей, я от волнения как будто узнала их впервые. Про такие мероприятия можно сказать только одно: хочется стереть себе память, чтобы пережить это снова!

Дмитрий Крепостин, Т-133

Это был самый первый бал в колледже, где я был в качестве участника. Боялся перед началом бала, что я всё забуду, выйду танцевать и не вспомню. Но я сконцентрировался. Бал сказок напоминал выпускной вечер, где дамы в красивых платьях, а кавалеры в костюмах. Очень поразила пара гостей. Они станцевали два танца и нисколько не устали. Я удивлен их выдержке и трудолюбию. Поддерживаю слова директора нашего колледжа Натальи Николаевны Седовой, сказавшей: очень жаль, что у нашего актового зала маленькие стены. Вот бы раздвинуть их и вместить всех людей, которые очень любят танцы.

Лалаян Лусине, МГ-19

Мероприятие прошло на ура! Мне очень всё понравилось: наши ребята – большие  молодцы. Особенно запомнилось, как танцевали гости, а именно дедушка и бабушка из центра социального обслуживания. Нас погрузили в детство, в сказки, что очень порадовало. Спасибо за столь познавательное  культурное мероприятие

Дарья Нестерова, МГ-19

От всей души благодарю организаторов и участников за замечательное и захватывающее мероприятие. Вызывает много позитивных и ярких эмоций. Познавательное и живое времяпрепровождение. И самое главное – это любящие свое дело преподаватели, которые создают особую теплую атмосферу.

Алина Вершинина, МГ-19

Большое спасибо Маргарите Борисовне и Александре Фёдоровне за хорошее настроение и приятные впечатления. Сказочная атмосфера окутала весь зал. Этот бал произвёл огромное впечатление на меня как на гостя. Все участники бала выглядели очень гармонично. Меня покорила пожилая пара, которая станцевала два танца, они действительно светились и жили этими танцами. Бал «разбавили» песни, которые исполнили студентки с волшебными голосами. Большое спасибо за организацию данного мероприятия.

Анна Ушева, МГ-19  

Это мероприятие было настолько волшебным, потрясающим, чарующим, что я почувствовала себя на настоящем балу.

Раиса Сергеевна Бирюкова, методист

Бал… Для меня это слово всегда ассоциировалось со сказкой, красотой, историей, аристократизмом. Да и кто в детстве не мечтал превратиться в прекрасную принцессу или доблестного рыцаря и побывать на балу?

  Мне казалось, что подобные мероприятия затерялись где-то в давних временах, а нам осталось лишь довольствоваться собственными фантазиями, книгами и кино. К радости, эта красивая традиция возрождается. И вот уже во второй раз в нашем колледже проходит это фееричное мероприятие, позволяющее окунуться в культуру светского и необычного события, которых сейчас так мало. Атмосфера торжественности, красоты, ожидание чего-то удивительно прекрасного – всё  было в этот удивительный день.

  Как преобразились наши студенты: каждая девочка – настоящая  дама, каждый мальчик – истинный  джентльмен. Бальные платья, перчатки, кружева, бабочки – все  эти атрибуты бальных нарядов  позволяют проявлять  только прекрасные манеры, как галантность, тактичность, вежливость. И понимаешь, что это уже другие мальчишки и девчонки, не скачущие под грохот современной музыки с непонятными движениями, а настоящие дамы и кавалеры с преображенными лицами, на которых есть только чистота, свет, тихая радость и любовь!   Многие считают, что бал – это  чопорное мероприятие со старинной музыкой и сложными танцами. Но величественный Полонез сменяется романтичным вальсом, на смену светской сдержанности приходит эмоциональность и чувственность танца, а  контрданс «Оглядки» и Конский бранль заводит не только танцующих, но и всех присутствующих в зале гостей: родителей, педагогов, студентов…

    Смотря на людей, пришедших на бал, я бы назвала этот праздник пробуждением истинной женственности и истинной мужественности. И пусть балы 21 века, сохраняя традиции предыдущих поколений и привнося новое, войдут в историю как нечто особенное и неповторимое!

 

Вера Сергеевна Полтева, преподаватель

В замечательный день Крещения Господня мне посчастливилось побывать в качестве зрителя на балу. Наши студенты под руководством Александры Фёдоровны и Маргариты Борисовны сотворили настоящий праздник, показав всю прелесть и красоту танцев эпохи прошлых веков. Дамы были нежны и прекрасны, кавалеры – внимательны  и галантны. Сказочная атмосфера витала в зале. Наши студенты с организаторами бала показали для гостей мастер-класс некоторых танцев. Многие смелые гости смогли попробовать себя в роли танцоров и окунуться в эпоху балов. Для стеснительных зрителей Маргарита Борисовна провела викторину на знание сказок и все, что с ними связано. За правильные ответы гости получали небольшие приятные подарки-сувениры. Спасибо нашим замечательным преподавателям и студентам за возможность прикоснуться к сказке!  

Для вас танцевали Балашова Александра Федоровна, Фадеева Маргарита Борисовна,  Фридман Екатерина Андреевна, Петровский Егор, Максимов Владимир, Носов Егор, Шелефонтюк Кристина,  Крепостин Дмитрий, Фатикова Кристина, Андрийчук Дмитрий, Супрунова Екатерина,  Самойлюк Матвей, Кравцова Ангелина, Караман Глеб, Фитискина Анастасия, Виноградов Вячеслав, Ханыкина Людмила, Власов Денис, Кутакова Екатерина, Терехов Николай, Терновых Алексей, Чуйко Анастасия, Каримов Артем, Яковлева Екатерина. Песни исполнили Журавлёва Екатерина, Кухарева Валерия и Харисов Тагир. Ведущие – Павел  Шестопёров и Валерия Кухарева. Ответственные за видеосъёмку – Пожаров Глеб, Шилко Владимир. Большую помощь в организации мероприятия оказали Егор Ломакин, Дарья Руденко, Омар Джарих, Светлана Подосинова, Кристина Громова, Яна Милованова. Волонтерская организация колледжа под руководством Юлии Александровны Жилиной пригласила гостей из центра социального обслуживания, исполнивших зажигательные  «Танец солнца» и «Русский лирический».

Екатерина Андреевна Фридман, заведующий по воспитательной работе ОУИТ, под впечатлением от бала написала стихотворение:

А Вы бывали на балу? 
А я была! Я танцевала!
И каблуками на полу 
Я пару туфелек стоптала!

Бал открывался Полонезом,
В ряду величественных пар
В фигурах разных кавалеры
Вели изысканнейших дам.

Ах, Венский вальс, в нем столько блеска,
В нем столько было красоты. 
Кружили пары в такт известный,
На раз, два, три. На раз, два, три!

И не хотелось мне стоять в углу,
Хотелось танцевать, мне было мало.
А Вы бывали на балу?
А я была! Я танцевала!!! 

А. Ф. Балашова

Фото: Юрий Борискин

Общеписательская Литературная газета №4(89) за 2017 год
Страница 1
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24

ЮБИЛЕЙНЫЕ И ПАМЯТНЫЕ ДАТЫ МАЯ

10 мая – День книги в Германии

10 мая 1917 года – Основана Российская книжная палата

13 мая 1937 года – родился Роджер Желязны, американский писатель

15 мая – День осетинского языка и литературы

16 мая – День биографов

16 мая 1847 года – родился Иван Цветаев, русский историк и филолог

16 мая 1887 года – родился Игорь Северянин, русский поэт

16 мая 1957 года – родился Юрий Шевчук, российский поэт-песенник

18 мая – День возрождения, единства и поэзии Махтумкули в Туркменистане

21 мая – День Иоанна Богослова (покровителя авторов, редакторов и издателей)

24 мая – День святых Мефодия и Кирилла. День славянской письменности и культуры

25 мая – День филолога

27 мая – Общероссийский день библиотек

28 мая 1877 года – родился Максимилиан Волошин, русский поэт и критик

29 мая 1787 года – родился Константин Батюшков, русский поэт

ЦИТАТА ДНЯ

После развала Советского союза членов Союза писателей стало больше в разы. Но об истинных Писателеях этого не скажешь

Шакир а-Мил

   
Адрес:
Тел.:
E-mail:
создание сайтов
IT-ГРУППА “ПЕРЕДОВИК-Альянс”